События вокруг газеты "Новый Петербург" и ареста ее журналиста Николая Андрущенко комментируют сами работники опального издательства.
Алексей Андреев, главный редактор:
— Николая Андрущенко задержали вечером у его дома, когда он возвращался с работы, потом поднялись к нему в квартиру, чтобы провести обыск. Свидетелей не было, кроме его супруги. После этого Николай провел ночь в изоляторе, и на следующий день его повезли в суд. Несмотря на возраст (ему 64 года) и состояние здоровья (Николай страдает глаукомой, высоким давлением, астмой), его все же арестовали на два месяца. Во время заседания суда он падал в обморок, потому что у него не было лекарств, и мы — наблюдатели! — вызвали скорую. Насколько я знаю, сейчас он в 4-м изоляторе на улице Лебедева, ему делают уколы от давления, и состояние здоровья у него стабильное. Однако при всем уважении к следствию мне кажется, что нет никакой необходимости держать его в СИЗО — это грубейшее нарушение прав человека.
В отношении обыска в редакции могу сказать, что он был совершенно излишним в рамках заявленного уголовного дела. Если речь идет о клевете в конкретной статье — берите статью, спросите у человека, он ли ее написал, и разбирайтесь. Зачем для этого обыскивать редакцию?
Андрущенко инкриминировали еще давление на суд. Но судебная хроника существует с незапамятных времен! Если не писать о суде, и не иметь собственного мнения — ничего хорошего из судебной системы не получится… Тем более что чаще всего наша пресса политически предопределена. На мой взгляд, в деле об убийстве гражданина Конго (именно в публикациях Николая об этом деле следователи усмотрели нарушение закона) мы единственная газета в городе, придерживавшаяся принципа презумпции невиновности.
Вообще, как считают наши юристы, в деле Николая Андрущенко под лупой не найти состава преступления. Статьи его, конечно, выпадают из общего городского ряда, как и его позиция, но он профессиональный журналист, грамотно выражал свое мнение — и ничего там быть не может.
Если посмотреть на события вокруг "Нового Петербурга" в целом, очевидно, что мы переживаем давление цензуры. Знакомый историк мне сказал, что в последний раз подобное в истории Росси произошло в 1905 году — когда целая засада из 25 жандармов арестовывала наш тираж. Это очень нездоровая ситуация, и это очень далеко от того, что у нас в Конституции записано.
Алевтина Агеева, генеральный директор:
— Я думаю, что Николая Степановича арестовали не за те преступления, которые выдвинуты в обвинительном заключении. Причина в том, что он очень смело выступал по разным проблемам, и эти выступления были гораздо острее, чем по вмененным ему эпизодам.
Роль сыграли и выборы, так как статьи Андрущенко имели большое влияние на читателей. Поэтому же нас две недели назад перестал печатать Газетный комплекс — под совершенно надуманным предлогом. Сказали, что у них слишком много заказов. Это притом, что у нас заключен договор! И сказали, что после выборов нас снова ждут. Мы нашли другую типографию, но теперь во всех типографиях сидят цензоры из Отдела по борьбе с экономической преступностью (ОБЭП). И владельцы типографий напуганы — профессионалам из ОБЭПа легко найти экономические преступления.
Когда мы сдали наш последний, 48-й номер, там была статья Андрущенко "Почему я иду на Марш несогласных" и статья, написанная Каспаровым. Вечером в четверг нам позвонили из типографии и сказали, что печатать не будут. Так как мы уже закончили рабочий день, то сказали им снимать статьи, оставить белые пятна и печатать. Но в типографии отказались, и газета в прошлый четверг не вышла. Однако мы коммерческая газета, у нас есть обязательства перед читателями и подписчиками. В итоге мы заменили подцензурные статьи нейтральными, газета вышла. Но в типографии сообщили, что тираж все равно хотят арестовать сотрудники Следственного управления по особо важным делам! Мы приехали в типографию, встретили там 25 сотрудников милиции, которые продержали нас до середины ночи, и уехали, так ничего и не найдя и не объяснив. Все закончилось в 4.30 утра, а на следующий день в 12.45 в редакцию пришли сотрудники РУБОП — проводить обыск в связи с обвинением Андрущенко по клевете на Юниса Лукманова.
У нас уже был обыск — в 1999 году. Но тогда СМИ еще были другими, сразу приехали три канала телевидения!
О причинах свалившихся неприятностей мы теряемся в догадках: то ли мы так всех перед выборами напугали, то ли это сведение счетов с Андрущенко по поводу его заметок о главе ГУВД Владиславе Пиотровском. А может быть, всех так напугал Марш несогласных. К нам в редакцию приходят участники, рассказывают. Городское начальство дало приказ расправиться с людьми. Налицо подстрекательство — люди пришли, их избили, держали в нечеловеческих условиях. Это была акция устрашения.
Денис Викторович Усов, заведующий отделом проблем коррупции
— У меня к Андрущенко много вопросов личного характера, и я не очень хорошо к нему отношусь — но то, за что его посадили, не выдерживает никакой критики с точки зрения правовой оценки и не может не вызывать осуждения. Если журналисту запрещают высказывать свое мнение по поводу уголовного процесса, когда он выносит на суд общественности фальсификацию доказательств — это возмутительно, я это называю "экономический фашизм". "Экономический" — потому что Андрущенко часто в своих материалах затрагивал интересы конкретных бизнес-структур, например, много писал о водочной мафии, указывая в ней функцию и роль высокопоставленных милицейских чиновников — и роль нелицеприятную. "Фашизм" — потому что правоохранительные органы могут таким образом расправляться со всеми, кто имеет собственное мнение, и я с презрением отношусь к таким их действиям. Ведь цензуры у нас по закону нет.
Я присутствовал во время обыска в редакции. Вообще сотрудники милиции вели себя довольно воспитанно. Вот только пришли без понятых, а когда мы потребовали их все-таки привести, то у тех не оказалось документов. Это бесспорное нарушение закона.
Но главное здесь — что обыск фактически проводился по другому делу. Формально искали доказательства клеветы на Юниса Лукманова, на самом же деле обыск был связан с арестом тиража, который случился незадолго до этого. Как известно, нас заставили снять материал с Каспаровым, и только после этого разрешили типографии печатать газету. То есть пытаются микшировать различные факты, использовать уголовные дела с целью оказать давление на редакцию. Это нарушение Конституции, правовой произвол и беспредел. У нас в стране и так-то со свободой слова было не очень, а теперь вообще ее не стало! Можно писать только о цветочках и о том, как прекрасна "Единая Россия".
Материалы по теме
Последний номер газеты "Новый Петербург" не дошел до читателей Лениздат, 19.11.07
Не вышел очередной номер газеты "Новый Петербург" Лениздат, 22.11.07
Обыск в редакции "Нового Петербурга" завершен Лениздат, 23.11.07
Задержан журналист "Нового Петербурга" Николай Андрущенко Лениздат, 24.11.07
Журналист Николай Андрущенко оставлен под стражей на два месяца Лениздат, 24.11.07
Андрей Константинов намерен направить запрос в прокуратуру по поводу "Нового Петербурга" Лениздат, 25.11.07
Адвокаты журналиста "Нового Петербурга" подали жалобу на решение суда оставить его под стражей на два месяца Лениздат, 27.11.07
На адвокатов Николая Андрущенко оказывают давление в прокуратуре Лениздат, 27.11.07
Юнис Лукманов: "Меня "Новый Петербург" мало интересует" Лениздат, 28.11.07