Медиановости

24 октября 2020 09:39

«Говорит Ленинград!»

«Говорит Ленинград!»Фото: Матвей Фролов на прифронтовом аэродроме времен ВОВ

Всесоюзным голосом радио во врем Великой Отечественной войны был Левитан. Голосом Ленинграда стал Матвей Фролов – радиожурналист и корреспондент ТАСС, который вел репортажи из блокадного города и с фронтов. Он был создателем первого корпункта всесоюзного радио, вел эфир с трансляцией седьмой симфонии Шостаковича, первым рассказал о дневнике Тани Савичевой, о подвиге Лени Голикова и музее блокады Ленинграда.

Приехал в журналистику на трамвае

О своем появлении в журналистике сам Матвей Фролов рассказывал весьма иронично. Когда на встречах со школьниками его спрашивали, почему он стал репортером, Фролов отвечал: «Потому что... любил кататься на трамвае...». А дальше была история про то, что «деткорам» газеты «Ленинские искры» для занятий в кружке выдают бесплатные билеты на трамвай – чем не мотивация начать писать.

Это произошло в 1926 году. Тогда еще Моте Фролову было 12 лет. Он жил в Ленинграде. Уже успел поучаствовать в создании школьных стенгазет. В «Ленинских искрах» он проработал до начала Великой Отечественной войны, став заведующим отделом.

До 1941-го он успел отучиться в Ленинградском педагогическом институте им. А. И. Герцена и в Ленинградском институте культуры им. Н. К. Крупской. С 1929-го начал работать еще и литсотрудником на радио. Интересно, что попробовать себя на радио юному Матвею Фролову предложил сотрудник цирка, к которому деткора отправили расспросить о новой программе. Евгений Гершуни рассказал мальчику о детской редакции в радиоцентре.

«Через несколько дней я отправился в радиостудию. С тех пор начал служить сразу и печати, и радио. И долгие годы они, кажется, безропотно принимали мою любовь», - писал Матвей Фролов в своем сборнике эссе «И снова к микрофону выхожу».

Открытия репортера

Во время войны Матвей Фролов также совмещал печать и радио. Он был корреспондентом ТАСС, с декабря 1941-го – корреспондентом редакции «Последних известий» Ленинградского радио, а с 1942 года стал заведующим Ленинградским корреспондентским пунктом Всесоюзного радио, который сам и создал при Доме радио.

Всю блокаду Матвей Фролов провел в Ленинграде, писал и рассказывал о том, что происходит на улицах города, на предприятиях, в военных частях, неоднократно встречался с партизанами, военными, летчиками и моряками, брал интервью у рабочих, врачей, ученых. Не раз выезжал на линию фронта, иногда добирался до нее на своих любимых трамваях, которые в 1941-1942-м ходили как раз к местам сражений на окраине города. Уже в 1942-м был награждён орденом Трудового Красного Знамени.

Матвей Фролов был первым, кто рассказал о подвиге летчика Алексея Севастьянова, который в ноябре 1941-го совершил первый ночной таран вражеского бомбардировщика над Ленинградом (немецкий самолет рухнул в Таврический сад, истребитель Севастьянова на Басков переулок, но оба пилота остались живы). Журналист и дальше следил за судьбой Алексея до его гибели в апреле 1942-го.

Фролов также первым рассказал о юном партизане-герое Лене Голикове. 9 августа 1942 года именно Матвей Фролов вел репортаж из ленинградской филармонии: «Внимание! Говорит Ленинград! Передаём Седьмую «Ленинградскую» симфонию композитора Дмитрия Шостаковича, посвященную Ленинграду и его грядущей Победе».

В январе 1944 года Матвей Фролов самовольно уехал в тыл к ленинградским партизанам. За такую самовольную командировку руководитель Радиокомитета Виктор Ходоренко объявил ему благодарность. Тогда же Фролов вел репортажи с мест боев вокруг города, где войска заканчивали снятие блокады. А уже 21 марта 1944-го Фролов рассказывал о первом после блокады рейсе поезда «Красная стрела» из Ленинграда в Москву.

Фрагмент экспозиции, посвященной Матвею Фролову, проходившей в Доме журналиста.

Фрагмент экспозиции, посвященной Матвею Фролову, проходившей в Доме журналиста.


Блокадный фактчекинг

Сегодня часто можно слышать о фейках и проверке информации. Хотя ничто не ново, с той лишь разницей, что сегодня проще позвонить или погуглить, чтобы проверить данные, а 1 ноября 1942 Матвею Фролову пришлось съездить в штаб противовоздушной обороны Ленинграда.

 Незадолго до того фашистское итальянское радио сообщило, что «в ночь на 29 октября Ленинград подвергся ожесточенной бомбежке. Сбиты 44 советских самолета».

«Как только пришло сообщение, я поехал в штаб части противовоздушной обороны Ленинграда, - писал Матвей Фролов. - Все, что происходило в ночь на 29 октября в воздухе, зафиксировано в оперативно-разведывательной сводке. В ночь на 29 октября на подступах к городу и над самим Ленинградом воздушных боев не было. Около 23 часов в районе Н. обнаружили один немецкий бомбардировщик Ю-88. Как только к нему приблизился наш истребитель, фашистский летчик предпочел на полной скорости удрать восвояси.

Больше никаких вражеских самолетов во всей зоне Ленинградской ПВО не было».

В тот же день журналист добрался до ответственного дежурного управления городской пожарной охраны и узнал последние данные о пожарах в городе. Вопреки сообщениям того же итальянского радио, которое утверждало, что в Ленинграде полыхает множество зданий, репортер узнал, что «в ночь на 29 октября в Ленинграде не зарегистрирован ни один пожар. Только под утро автонасос под командованием Янкового выехал по сигналу на улицу Марата, дом № 40. Там в квартире № 15 от неосторожного обращения с огнем загорелась мебель. А другую группу пожарных — шесть бойцов — направили на 2-ю линию Васильевского острова, в дом № 15. В квартире № 2 они помогли затушить... матрац, который загорелся из-за шалости пятилетнего мальчика».


Военный дневник

Свои наблюдения, мысли, впечатления – заготовки для будущих материалов ТАСС и репортажей на радио – Матвей Фролов записывал в дневник. В 2013-м сын журналиста, также ставший корреспондентом ТАСС, Лев Фролов эти записки и еще часть личных вещей отца передал ученым для исследований.

«Уникальность этих документов в том, что сохранились живые записи блокадной поры. Это подлинные документы того времени», - говорил Лев Фролов, отмечая при этом, что сам почти не изучал эти записки: - «По-настоящему я стал рассматривать этот архив год назад. Я и не знал, что он есть. Отец никогда не рассказывал о нем — блокадники вообще очень редко рассказывали о блокаде».

Впрочем, часть дневниковых заметок сам Матвей Фролов включил в свой сборник очерков. По ним можно судить, о чем и как журналист рассказывал аудитории в годы войны:

1942 год

12 января

«Восстановлено железнодорожное сообщение между Тихвином и ближайшими к Ленинграду станциями».

29 марта

«Из Партизанского края прибыла группа партизан. Тепло встретили ленинградцы пулеметчика Машу, тетю Таню и других народных мстителей. Их настоящие имена нам неизвестны».

21 октября

«Сегодня в помещении Театра комедии первый спектакль нового театра. Названия он не имеет. Просто — Ленинградский драматический. Труппа сборная, в нее вошли актеры разных театров, оставшиеся в Ленинграде. Некоторые уже давно не играют на сцене. Курзнер — чтец Филармонии, Петрова работает на радио. И здесь же Горин-Горяйнов из Пушкинского театра драмы».

1943 год

22 февраля

«Наконец прибавка хлеба. Вчера хлебозаводы работали с наибольшей за время блокады нагрузкой.

Беседовал с директором треста хлебопечения Н. А. Смирновым».

23 сентября

«— Побывайте у профессора Жонголовича. Выполняет важное фронтовое задание, — посоветовали в штабе инженерных войск.

Думал, что узнаю о каких-то новых приборах или взрывчатке, а услышал рассказ о Солнце, Луне, звездах... Оказалось, что Жонголович и его сотрудники составляют «Астрономический ежегодник».

— Сейчас? Кому он нужен?

Нужен! Без этих толстенных книг, где каждая страница усыпана тысячами цифр, нельзя воевать».

1944

19 января

«Началось! И на нашу улицу пришел праздник. Москва салютовала воинам-ленинградцам.

Началось наступление. Оборона врагов прорвана. Несколько дней не смолкает гул нашей артиллерии, но с каждым часом он отдаляется.

Захвачено много тяжелых и сверхтяжелых орудий, стрелявших по Ленинграду. Вот это здорово! Неужели кончились обстрелы? Даже не верится.

Освобождены Красное Село, Ропша. Снова наш Петергоф. Как там фонтаны?.. Пулково — уже тыл, что же говорить о самом Ленинграде!

На эти дни отложили все «внутриленинградские» темы. На фронт трамваем больше не поедешь. Достали машину — надо догонять войска...»

1 сентября

«Десять часов утра. Из репродуктора раздается звонок. Его передали по радио для всех школ. Какой необычный звонок — сразу для всего города...»

1945 год

30 апреля

«Встретился с майором Раковым. Он показал мне небольшую книжку, в которую обычно записывают телефоны. Все первые страницы ее были заполнены мелко написанными цифрами, перечислением деталей машин, техническими обозначениями — владелец книжки, видно, был инженер.

Затем начались алфавитные листки. На листке с буквой «Б» мы прочли запись, сделанную синим карандашом большими буквами: «Бабушка умерла 25 января в 3 часа дня 1942 года». Подобные записи той же детской рукой сделаны и на других листках. На букву «У» занесено: «Умер дядя Вася, Женя, дядя Леша...» На листке с буквой «О»: «Осталась одна Таня...»

Таня Савичева в суровую зиму 1942 года делала записи о погибших родных. Она осталась одна, а потом в эвакуации умерла и сама.

Эта книжка — человеческий документ огромной силы, рассказывающий о героических буднях ленинградской эпопеи».


Страницы дневника Тани Савичевой и ее портрет в возрасте 6 лет.

Страницы дневника Тани Савичевой и ее портрет в возрасте 6 лет.

Спасибо за Таню, музей и Союз

После встречи с Раковым Матвей Фролов первым рассказал на всю страну о Тане Савичевой. Ее дневник в итоге стал частью выставки «Героическая оборона Ленинграда» в Соляном городке, превратившейся в 1946-м в музей обороны Ленинграда. Матвей Фролов освещал его открытие, фактически проведя первую радиоэкскурсию по всем 37 залам музея, еще раз рассказал о том, что пришлось пережить городу за время блокады.

После войны Матвей Фролов продолжал руководить корпунктом всесоюзного радио на «Маяке» до 1995 года. В то же время печатался в газетах «Комсомольская правда», «Смена», в журнале «Огонек», был главным редактором «Ленинградской правды», успевал преподавать на факультете журналистики ЛГУ. Он был инициатором создания отделения Союза журналистов СССР в Ленинграде, которое появилось в итоге в 1957 году. Был избран секретарем правления и активно занимался развитием Союза. В 1969-м придумал репортерский клуб «Шариковая 

ручка».


«Тут отец развернулся со всей своей мощью выдумщика и организатора. Он уже не мог жить без своего Союза, навещая его практически ежедневно, тем более от Дома радио, где размещался корпункт Всесоюзного радио, Дом журналиста находился буквально в двух шагах…

Отец просто бурлил идеями и планами. Он инициировал шефские поездки на поездах, самолетах, автобусах. Ленинградская область, Москва, Ульяновск, погранзаставы, порты Ленинграда, морские и речные суда, поход на боевом тральщике, всего не перечислишь. Я уже не говорю о Клубе репортеров «Шариковая ручка», где, помимо разбора творчества коллег, мы встречались с известными режиссерами, артистами, учеными, юристами». 

Из воспоминаний Льва Фролова


Матвей Львович Фролов скончался 24 августа 1995 года на 81-м году жизни.

В 2004-м году в честь его 90-летия «Фонд развития и поддержки СМИ»

 медиаменеджера Олега Руднова совместно с Санкт-Петербургским творческим Союзом журналистов объявил профессиональный праздник – День репортера, и учредил ежегодную «Репортерскую премию имени Матвея Фролова», как знак профессионального признания. Около десяти лет праздник отмечали в городе и вручали премии.

В сентябре 2016 года на доме 12 на набережной Мартынова, где жил мэтр ленинградской – петербургской журналистики, была открыта мемориальная доска.

Елена Михина

Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга