На этой неделе вышел третий выпуск из серии подкастов «Стражи памяти» — проект реализуется редакцией Лениздат.Ру совместно с Архивным комитетом Санкт-Петербурга при поддержке гранта Петербурга.
В новом выпуске — разговор о судьбах детей в годы Великой Отечественной войны, об эвакуации и блокаде. Он состоялся между двумя памятными датами: 9 августа — Днём окончания Ленинградской битвы, и 8 сентября — Днём начала блокады Ленинграда. В этот период современный Петербург обращается к героической главе в истории города.
Выпуск можно найти:
VK: видео в группе Лениздата или Архивного комитета.
Telegram: видео в нашем канале.
В студии беседовали глава Архивного комитета Петербурга Петр Евгеньевич Тищенко и журналист, историк Петр Глебович Годлевский.
Новый праздник
Ленинградская битва имела решающее значение для общей победы советского народа. Сражение длилось 1127 дней — почти три года непрерывного сопротивления. Битва за Ленинград началась до блокады и завершилась после неё. Это один из самых продолжительных эпизодов Второй мировой войны.
1944 год стал переломным: завершилась Свирско-Петрозаводская операция, в результате которой советские войска вышли на современную границу России и Финляндии. Именно 9 августа 1944 года командующий Карельским фронтом Кирилл Афанасьевич Мерецков подписал распоряжение об окончании операции. Эта дата и стала основой для нового праздника воинской славы — Дня окончания Ленинградской битвы.
«Память, застывшая в камне»
К 9 августа в историческом мультимедийном парке «Россия — Моя История» была открыта выставка «Память, застывшая в камне». На основе архивных документов она рассказывает о том, как в послевоенные годы увековечили память героев, защитников и жертв войны. Один из элементов экспозиции посвящён созданию нового монумента — памятника Ленинградской битве, который через несколько лет будет установлен на Пулковских высотах. Монумент расскажет о масштабе этого сражения и о его героях. Выставка продлится до 7 сентября. Вход свободный.
«Дети и война»
К 8 сентября Архивный комитет готовит другую выставку — «Дети и война». Выбор темы не случаен. Практически все сегодняшние ветераны, участвующие в памятных мероприятиях, в годы войны были детьми.
В последнее время в архивы всё чаще обращаются «дети войны». Ранее для получения статуса жителя блокадного Ленинграда требовалось подтвердить пребывание в городе в блокаду не менее четырех месяцев. В 2021 году городское правительство расширило критерии: достаточно было доказать нахождение в блокадном Ленинграде хотя бы один день. Позже поддержку распространили и на тех, кто находился на территориях Ленинградской области, попавших в кольцо блокады.
Фото: афиша выставки "Дети и война"
Петр Евгеньевич рассказывает о случае:
«Одному пожилому человеку мы сумели помочь. Он родился накануне освобождения Ленинграда от фашистской блокады. И целые сутки, будучи младенцем, он жил в блокаду в посёлке Лисий Нос со своей мамой (папа был на фронте). Мы подтвердили этот факт, и он получил поддержку от государства».
Существует фонд Даниила Гранина, там хранятся документы, связанные в том числе с блокадой. Гранин обращался к ленинградцам через газеты и радио:
«У кого сохранились свидетельства о войне, о блокаде, дневники, письма — приносите, пожалуйста, это станет вашей лептой в летопись блокады».
Сегодня многие такие дневники оцифрованы и доступны на портале Архивов Петербурга.
Всем дело найдется
К началу блокады в Ленинграде проживало 850 тысяч детей, половина из которых — младше семи лет. Война резко изменила их жизнь. Тищенко цитирует Льва Кассиля, обратившегося к детям по городскому радио:
«Товарищи пионеры и школьники, ребята Советского Союза, наступило строгое время нашей жизни. Наступила Отечественная война. Вы провожаете отцов и братьев, старших своих друзей. Вы не успели вырасти к этому часу? Ничего, дело и вам найдется. Нужна и ваша помощь, ребята. Вы можете помочь взрослым работать на полях и в огородах. Вы можете шить и вязать для бойцов, заменить дома старших, выполнять всю домашнюю работу».
Черновик этого обращения от 2 июля 1941 года хранится в Центральном государственном архиве литературы и искусства (ЦГАЛИ) на Шпалерной улице. Скоро он станет доступен в новом читальном зале Архива на станции метро Ладожская.
«Ни один ребенок не погиб»
Глава Архивного комитета рассказывает, как от ректора Педиатрической академии он слышал о том, что в блокаду ни один ребенок, доставленный к проходной Педиатрического института и оказавшийся на попечении врачей учреждения, не погиб. Все годы войны детей там выхаживали, спасали.
Петр Евгеньевич приводит пример из недавнего прошлого: во время пандемии в Покровской больнице одновременно заболели девяносто врачей. А в Педиатрической академии за весь период пандемии не заболел ни один сотрудник.
«Почему? Потому что отношение к организации процессов лечения… сформировалось именно в период войны и блокады. Культура, профессионализм и отношение к пациенту, уверенность, знания — всё это сотрудники клиники черпают из своей истории», — объясняет Тищенко.
«Берегите детей»
Первые решения городской власти касались защиты детей — их нужно было эвакуировать, учитывая угрозу бомбардировок со стороны Финляндии. Планировалось отправить 129 тысяч мальчиков и девочек в Ярославскую область и 274 тысячи — в юго-восточные районы Ленинградской области. Родителей не пускали на платформы, чтобы «был порядок при посадке». Петр Евгеньевич цитирует воспоминания Аннетты Рубиной, работницы интерната:
«Трепещущие руки матерей в последний раз протягивали детям конфету, бутылку лимонада, шоколад. Детский плач. Слёзы матерей, расстающихся, — кто знает, может быть, навсегда — со своими детьми. Гудок паровоза. В ушах звучит несущаяся отовсюду мольба. Берегите детей. Берегите детей».
К 29 июля из Ленинграда было вывезено 323 903 ребёнка. Но тогда же стало ясно, что враг угрожает и тем районам, куда отправили детей — вскоре часть из них реэвакуировали.
Из другого мира
Книга «Сплочённые войной» рассказывает об эвакуации ленинградцев на Горный Алтай. На страницах произведения запечатлены интересные заметки. Одна из бывших воспитанниц, оказавшаяся в детском доме, вспоминала, что однажды утром проснулась и увидела, как весь нижний этаж заполнен детьми. Они были очень худые, усталые, с грустными глазами. Это были дети из блокадного Ленинграда.
Она вспоминает:
«Ленинградские дети отличались от нас, деревенских, одеждой, причёсками, поведением. Они выглядели как из другого мира… С особенной завистью мы, босоногие, смотрели на кожаные ботиночки со шнуровкой».
Уроки в бомбоубежище
Те дети, которые остались в городе, тоже не лишились заботы. Недавно вышла книга «Блокадная педагогика», составленная коллективом авторов — в их числе доктор педагогических наук Ирина Колесникова. В издании рассказывается о том, что даже в условиях войны горожане решили жить полноценно: работать, ходить в театр, играть в футбол, читать газеты, учиться в школах. С 25 октября 1941 года ученики первого – шестого классов начали посещать уроки, а в ноябре — старшеклассники. Во время блокады работали более ста школ, тридцать девять из них — без перерыва. Занятия длились по 25–30 минут, при тревоге уроки продолжались в бомбоубежище.
Фото: Архивный комитет Петербурга
Блокадные учителя
Каждый год школьники возлагают цветы к памятнику блокадному учителю у Мемориального музея обороны и блокады Ленинграда. Это дань уважения тем, кто даже в самые тяжёлые дни продолжал учить детей. Одна из тех, чья личная история стала частью этой памяти — Надежда Васильевна Строганова — учительница, пережившая блокаду и прожившая более ста лет.
Она и стала инициатором памятника блокадному учителю. Надежда Васильевна рассказала губернатору города Александру Беглову:
«Когда я работала в блокаду в школе, во время предупреждения о налете вражеской авиации меня отправили разводить детей по домам, а пятеро моих подружек, педагогов, остались в школе, а в нашу школу упала бомба, и они все погибли. Вот бы установить памятную доску, чтобы их имена помнили».
Губернатор выполнил обещание — доску установили. Вскоре на территории Мемориального музея обороны и блокады Ленинграда появился также памятник блокадному учителю — тоже по инициативе Надежды Васильевны.
Помимо этого, Надежда Васильевна приняла решение о передаче своего дневника, своих писем, воспоминаний в Центральный государственный архив Петербурга. Эту идею они с Петром Евгеньевичем обсуждали в архивном центре во время презентации книги «Блокадная педагогика». Год спустя Надежда Васильевна сама позвонила сотруднице архива и сказала:
«Я весь год работала над тем, чтобы подготовиться к передаче в архив документов. Я все подписала. Можете приезжать. У меня сейчас сил не так много, я сама не смогу приехать, но вас жду».
Поразительно, с какой ответственностью она отнеслась к делу. «Скрупулезно, тщательно, методично. Наверное, впервые мы видели в таком порядке личный архив», — вспоминает Тищенко.
Жизнь не останавливалась
В архиве хранятся снимки, на которых в военные годы руководители города встречаются с детьми в пионерских лагерях на Карельском перешейке.
«Работали пионерские лагеря. Во время войны и во время блокады проходили военные игры, ребята учились кидать гранаты, выполнять боевые задачи, ходить в разведку. Проходили городские соревнования среди школьников по гражданской обороне», — отмечает Тищенко.
Фотографии с этих соревнований сохранились. Спортивные состязания, кружки во Дворце пионеров, который возобновил работу в мае 1942-го — всё это свидетельствует о том, что жизнь в городе не останавливалась.
Не имеют срока давности
На оккупированной территории Ленобласти жизнь была иной. По данным Центрального госархива, в регионе действовало около шестидесяти лагерей нацистов, где содержались мирные граждане. В прошлом году в Гатчинском районе появился памятник жертвам мирного населения на оккупированной территории.
Сейчас следственный комитет продолжает работу: исследуются документы, составленные комиссиями по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков.
«Только недавно при помощи Следственного комитета мы сумели перевести на русский язык трофейные документы, собранные архивистами сразу после войны в разбитых немецких штабах. Найдены свидетельства, в которых нацисты сами в своих рапортах руководству докладывают о количестве расстрелянных партизан, цыган, евреев, комсомольцев, коммунистов…», — вспоминает глава Архивного комитета.
На основании этих документов возбуждаются уголовные дела. Эти преступления не имеют срока давности по нашему законодательству, и расследование их продолжается.
«За блокадным кольцом»
Одной из тех, кто посвятил себя восстановлению правды, стала Изольда Анатольевна Иванова — автор книги «За блокадным кольцом». В этом произведении она старалась на основе архивных данных описать, что происходило в годы войны практически в каждом населенном пункте Ленинградской области. Изольда Анатольевна нашла в архивах историю своего отчима, командира звена сапёров, погибшего при прокладке дорог через болота — тех самых, по которым тысячи солдат вышли из окружения. За десятилетия она стала историком, исследователем, общественным деятелем. Изольда Анатольевна издавала книги за свой счёт, дружила с поисковиками, восстанавливала имена героев.
В 1991 году она помогла трём женщинам — бывшим узницам концлагеря — приехать в посёлок Дивенский. Там было два лагеря: для пленных красноармейцев и для гражданских. Приехавшие женщины вспоминали:
«Окутали лагерь колючей проволокой, согнали людей. Жестокие порядки установили, заведовал лагерем комендант Ганс Рыжий. Он ежедневно проводил проверку заключённых, которая заключалась в том, что перед ним складывали ворох палок деревянных, и пока он их все не изламывал о плечи, руки, головы стоявших перед ним заключённых, он считал, что проверка не проведена».
Женщины крали свёклу, картофель, чтобы накормить детей. Они делали подкопы под колючкой, ночью, рискуя быть убитыми. Пробирались в посёлок, чтобы позаботиться о детях, и к утру возвращались. После войны Ганса Рыжего осудили и казнили.
Узники концлагерей
Стелла Никифорова, руководитель общественной организации бывших узников концлагерей «Союз», оказалась в концлагере Равенсбрюк в возрасте четырёх лет. Ранее её семья жила в Бельгии.
В годы войны отца Стеллы отправили в один лагерь, а её с матерью — в Равенсбрюк. В этом лагере женщины детей чужими не считали. Если ребёнок оказывался один, ему находили «лагерную маму». Позже мать Стеллы Никифоровой погибла.
За время, проведённое в концлагере, у девочки было семь «лагерных мам». Последней из них была советская женщина, врач. Когда командование лагеря выстроило заключённых, чтобы утопить их в море, она спасла пятерых детей и увезла их в Брянск. Девочка выросла там, затем поступила в вуз в Ленинграде, вышла замуж за инженера. Недавно Стелла Никифорова обратилась к губернатору Петербурга и выступила с инициативой создания Музея узников блокадного города. В Красносельском районе уже появился памятник в честь жертв нацизма.
Фото: Архивный комитет Петербурга
«Я здесь живу»: память в смартфоне
Совместно с Комитетом информатизации и связи было разработано приложение под названием «Я здесь живу» в социальной сети «ВКонтакте». Оно включает 16 полезных сервисов, в их числе «Блокада Ленинграда». Через него можно получить доступ к базе данных эвакуации, спискам награждённых медалью «За оборону Ленинграда», а также к виртуальной карте города.
«Многие дома, места в нашем городе, связанные с историей войны и блокады, нанесены на виртуальную карту», — рассказывает Пётр Евгеньевич.
Карта — современная, с возможностью геопозиционирования. Можно ввести свой адрес, свой дом, адрес своей школы — и узнать, что было здесь во время блокады и какие события связаны с этим местом.
Заключение
Подкаст завершается анонсом предстоящей благотворительной театральной постановки «Гостиница "Астория”». Спектакль расскажет о реальных событиях, которые произошли в сентябре 1941-ого в осаждённом Ленинграде. Премьера состоится 8 и 9 сентября на сцене театра «Балтийский дом».
«В спектакле нет профессиональных актёров. Наши актёры — обычные люди, которых вы знаете: предприниматели, бизнесмены, чиновники, известные лица города», - указывают в афише.
Среди выступающих — глава Архивного комитета Пётр Тищенко. Сборы от спектакля пойдут на строительство храма Святой равноапостольной Нины — памятника жертвам блокады на пересечении Бухарестской улицы и Козловского переулка. Именно в день Святой Нины — 27 января — мы празднуем День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады.
Материал подготовлен и размещен на средства гранта Санкт-Петербурга.